Подруга как-то написала мне, что если любишь, хочется делать праздник любимому каждый день. (Светить солнцу, ага.)
— Нет! — ответила я ей, — мне хочется будней. Обыкновенных будней, какие есть у всех, живущих всегда вместе, на одной территории.
Праздник — это когда можешь просто глянуть, слегка повернув голову, — и увидеть его спину, например, затылок или кисть руки. Или подойти и прижаться мимоходом.
Или кофе он тебе сварил чтоб, как только он может, и принёс, а ты ему вдруг, на ночь глядя, пирогов или котлет навертела. Кормить, и, подперев щёку рукой, смотреть, как ест. Провожать взглядом каждый взмах вилки, — так когда кормишь любимого ребёнка. Общая еда — это эротика в самом чистом виде, и одновременно родное такое… С чужими ешь иначе совсем.
Или ещё праздник — подойти и поцеловать ладонь. Без разницы, кто кому. Пошляться по улицам или полежать в полутьме, надышав общего воздуха под одеяло.
А если, не дай Бог, заболел — лечить таблетками и микстурами собственноручно. Нудеть, чтоб горло полоскал, впихивать куриный бульон.
И страсть, временами захлёстывающая. И нежность, и разговоры.
Вот только захлёстывающая страсть, и нежность, и разговоры, и письма, и звонки — это не праздник. Это просто способ дышать без воздуха, чтобы выжить, перетерпеть физическое отсутствие.
Вот нет его рядом сейчас, и ты точно знаешь, что такое фантомная боль. Телесная.
А душам-то какая разница, откуда любить.
Поэтому настоящая любовь и вечная — какая разница, откуда любить?
