Вячеслав Протасов. Только однажды

ВЯЧЕСЛАВ ПРОТАСОВ
(1949–2014)
Вяче­слав Васи­лье­вич родил­ся в 1949 году в г. Гера (Гер­ма­ния). Учил­ся в Горь­ков­ском госу­дар­ствен­ном уни­вер­си­те­те. Более трид­ца­ти лет отра­бо­тал во Вла­ди­во­сток­ском мор­ском тор­го­вом пор­ту. Автор поэ­ти­че­ских книг «Луч­ший день», «Штиль», «Висо­кос­ный день», «Виш­нё­вая косточ­ка», «Сво­бо­да выбо­ра» «Шестая сти­хия»; книг пере­во­дов: с немец­ко­го — Г. Гейне «Серд­це из моей гру­ди», с англий­ско­го — Э. Дикин­сон «Раз­го­вор на язы­ке души». Печа­тал­ся в цен­траль­ных и реги­о­наль­ных анто­ло­ги­ях и аль­ма­на­хах, в жур­на­лах «Даль­ний Восток», «Наш совре­мен­ник», «Октябрь», «Юность» и др., в «Лите­ра­тур­ной газе­те», «Лите­ра­тур­ной Рос­сии» и др. Лау­ре­ат пре­мий При­мор­ско­го ком­со­мо­ла, име­ни гене­ра­лис­си­му­са А. В. Суво­ро­ва, губер­на­то­ра При­мор­ско­го края, жур­на­ла «Даль­ний Восток».

поющие рыдающие гласные…

пою­щие
рыда­ю­щие глас­ные
шипя­щие
рыча­щие соглас­ные
знак твёр­до­сти
знак неж­но­сти…

и это всё —
язык или судь­ба?

июль

мимо­лёт­ны лет­ние лив­ни
а как всё сра­зу пере­ме­ни­лось! —

свер­ка­ю­щие лопу­хи
сме­ю­щи­е­ся гла­за
и твои воло­сы в кап­лях дождя

совсем близ­ко

обычная драма

жизнь —
слов­но репе­ти­ция
перед спек­так­лем
а когда напол­ня­ет­ся зал
и зве­нит послед­ний зво­нок
и откры­ва­ет­ся вели­ко­леп­ный
зана­вес —
на сцене
в све­тя­щей­ся пыли про­жек­то­ра
вме­сто тебя
толь­ко старое-​старое зер­ка­ло
наспех заве­шен­ное
слу­чай­ным кус­ком хол­ста

какие тайны…

какие тай­ны!

я знаю как гас­нет свет
в тво­ём окне
и как зажи­га­ет­ся вновь

какие тай­ны
мож­но сохра­нить
меж­ду дву­мя вспыш­ка­ми огня

что-​то классическое

я не знаю
кра­си­во или нет
быть зна­ме­ни­тым —
я нико­гда им не был

не пом­ню
желал ли когда-​нибудь сла­вы
гро­мо­ки­пя­щей —

может быть толь­ко одна­жды
когда смот­рел
как ты пере­ли­сты­ва­ла
томик сти­хов
очень зна­ме­ни­то­го
про­слав­лен­но­го
поэта

с зави­стью смот­рел
как бла­жен­ная улыб­ка
без стра­ха заблу­ди­лась
в тво­их губах

о красоте

давай-​ка спро­сим пса
о кра­со­те ошей­ни­ка —
кто отве­тит нам искрен­ней?

впро­чем
он кажет­ся чем-​то рас­стро­ен
так что руку
луч­ше дер­жать подаль­ше

да и несо­мнен­но
намно­го удоб­нее
бесе­до­вать из-​за калит­ки

ты и все остальные

тем кто не видит
как пре­крас­на ты
при луне
или в пол­день
в пол­день в поле
в лесу
в сума­то­хе
в сумер­ках
в тишине
я гово­рю:
ниче­го уди­ви­тель­но­го
про­сто
в это самое вре­мя
всех вас
не суще­ству­ет
на све­те

время неумолимо…

вре­мя неумо­ли­мо

если в доса­де ли
в яро­сти ли
сло­мать и отбро­сить часы
вре­мя про­дол­жа­ет идти
и идти

сви­де­тель­ствую:

все­гда в одном направ­ле­нии
непро­хо­ди­мы­ми тро­па­ми
за глу­хи­ми сте­на­ми
за ржа­вы­ми засо­ва­ми

наше вре­мя

от истока — к устью

река Печаль
впа­да­ет в море Скор­би

поду­мать толь­ко
что все­му нача­ло —
едва замет­ный руче­ёк Раз­лу­ки!

гиподинамия

для здо­ро­вья
очень опас­но
очень дол­го сто­ять на месте

луч­ше — идти

даже невер­ной доро­гой
даже к краю про­па­сти
даже без­дон­ной