Владимир Постышев. Когда зацветёт шиповник

ВЛАДИМИР ПОСТЫШЕВ
Поэт, про­за­ик, жур­на­лист. Учре­ди­тель лите­ра­тур­но­го интернет-​журнала «Бюро Посты­ше­ва». Автор несколь­ких сбор­ни­ков вер­либ­ров и книг про­за­и­че­ских мини­а­тюр. Пуб­ли­ко­вал­ся в жур­на­лах «Лите­ра­тур­ный мери­ди­ан», «Мос­ков­ский вест­ник», «Сихотэ-​Алинь», «Лите­ра­тур­ная уче­ба», «Огни Куз­бас­са», «Новая Неми­га лите­ра­тур­ная», «Согла­со­ва­ние вре­мен», «Южная звез­да», «После 12» и в дру­гих. Член Сою­за рос­сий­ских писа­те­лей и Сою­за жур­на­ли­стов Рос­сии. Живёт в горо­де Арсе­нье­ве.

Ну кто из нас в школь­ные годы не хотел «вырас­ти, забро­сить к чёр­то­вой бабуш­ке учеб­ни­ки и наконец‑то оку­нуть­ся во взрос­лую жизнь»? Кто в сту­ден­че­стве не меч­тал «дожить до дипло­ма», что­бы, наве­ки оста­вив в про­шлом зуб­реж­ки и сес­сии, поско­рее обре­сти люби­мую рабо­ту?

В дет­стве тече­ние вре­ме­ни по дли­тель­но­сти напо­ми­на­ет мара­фон­ский забег улит­ки: и день рож­де­ния у тебя «аж через неде­лю», и пока пап­ка из сади­ка забе­рёт, мож­но научить­ся счи­тать до вось­ми, и лет­ние кани­ку­лы — трёх­ме­сяч­ная веч­ность.

В юно­сти и в моло­до­сти мир вро­де бы начи­на­ет избав­лять­ся от раз­ме­рен­но­сти: после заня­тий в тех­ни­ку­ме ты бежишь на тре­ни­ров­ки в спорт­зал «Бога­тырь», а вече­ром совер­шен­но слу­чай­но обра­ща­ешь вни­ма­ние, что «пара часов за кон­спек­том в биб­лио­те­ке уже про­ле­те­ла». А как дол­го длит­ся твой пер­вый поце­луй — целых четы­ре секун­ды!

Годы, годы… На что и кому нам жало­вать­ся, дру­зья? Ведь все­му своё вре­мя. Не пом­ню, к какой народ­но­сти при­над­ле­жит автор муд­ро­сти: «это день длит­ся очень дол­го, а жизнь про­ле­та­ет за одно мгно­ве­ние». Но как же прав муд­рец!

В нашем кро­хот­ном город­ке непро­сто спря­тать­ся даже от себя само­го. У кого как, а у меня встре­чи с дру­зья­ми дет­ства, школь­ны­ми (и ещё каки­ми) при­я­те­ля­ми слу­ча­ют­ся, что назы­ва­ет­ся, по сто раз на дню. И эти встре­чи до неко­то­рой сте­пе­ни милы — взрос­лые лысе­ю­щие дядь­ки, погла­жи­вая одной рукой уже солид­ные живо­ти­ки, про­тя­ги­ва­ют вто­рую руку для пожа­тия. А их зре­лые спут­ни­цы — жёны — под­став­ля­ют для поце­луя щёч­ку. И совер­шен­но неза­мет­но про­хо­дят мину­ты в важ­ных раз­го­во­рах о «делах минув­ших», о зар­пла­те, о гео­по­ли­ти­ке, о детях, о том, кто и где пла­ни­ру­ет про­ве­сти пред­сто­я­щий отпуск.

Беда в том, что совер­шен­но неожи­дан­но для себя ты в одно­ча­сье заме­ча­ешь, что, воз­вра­ща­ясь с рабо­ты, дер­жишь­ся той сто­ро­ны ули­цы, где под кро­на­ми при­до­рож­ных дере­вьев мень­ше пеше­хо­дов, а в голо­ве нет-​нет да и воз­ник­нут сло­ва из сти­хо­тво­ре­ния извест­но­го поэта-​­дальневосточника Вла­ди­ми­ра Тыц­ких: «Когда судь­ба сочтёт зем­ные дни, и вы, скор­бя, узна­е­те об этом, дру­зья мои, сорат­ни­ки мои, хра­ни вас Бог, не торо­пи­тесь сле­дом».

И хотя ещё нико­му из пред­ков не уда­ва­лось избе­жать этих «послед­них дней», хочет­ся верить, что думать об этом мне пока ещё рано.

Про­сто все­му своё вре­мя.